Легендарный театр «Современник» празднует 70-летие, сохраняя статус уникального творческого организма, созданного «детьми войны». Основанный Олегом Ефремовым и его соратниками, театр прошёл путь от студии при МХАТ до одного из главных символов культурной жизни Москвы, опираясь на принципы жёсткой внутренней честности и коллективной ответственности.
«Закрытое акционерное общество» со своим уставом
С самого основания «Современник» отличался от других московских театров особыми правилами жизни, напоминавшими, по воспоминаниям очевидцев, своеобразное «ЗАО». Здесь практиковались общие собрания, на которых правду в глаза говорили всем — от художественного руководителя до буфетчика. В фойе стоял специальный ящик для замечаний и предложений по сезону, а экономика строилась не на уравниловке, а на творческом вкладе каждого сотрудника. Театр был местом притяжения лучших сил своего времени, но тех, кто пытался навязать чуждые правила, здесь считали «чужаками».
Эпоха Ефремова: от «Голого короля» до раскола
В первые десятилетия театр сменил несколько адресов: от школы-студии МХАТ и гостиницы «Советская» до площади Маяковского и, наконец, Чистых прудов. Актеры того времени вспоминают атмосферу абсолютного счастья даже от бессловесных ролей. В спектакле «Голый король», на который рвалась вся Москва, молодые артисты могли играть персонажей без имён, просто раскатывающих дорожку перед выходом короля. Олег Ефремов был центром этого мира: он лично выбирал студентов, занимал деньги нищим актерам и стыдился, когда не мог помочь.
Переломным моментом стал уход Ефремова во МХАТ. По словам одного из участников событий, Ефремов предложил труппе объединить театры, но получил единогласный отказ. Лишь один артист последовал за ним, тогда как остальные, включая Евгения Евстигнеева, восприняли этот шаг как уход из дома, который они строили вместе.
Эра Галины Волчек и внутренние традиции
После ухода Ефремова художественное руководство приняла Галина Волчек, а директором стал Олег Табаков. В этот период театр продолжал существовать как единая семья. Табаков пробивал квартиры новым артистам, а Волчек выстраивала систему «материнского театра». Внутри коллектива сложилась особая этика: несмотря на ироничное определение одного из актёров «террариум единомышленников», артисты вспоминают о взаимной поддержке. Даже в моменты технических сбоев, когда на сцене застревал занавес или переставал вращаться круг, монтировщики и свободные артисты вручную исправляли ситуацию прямо во время спектакля.
Дисциплина в театре сочеталась с вниманием к деталям. Например, для спектакля «Пигмалион» на гастролях в США реквизиторы с трудом находили настоящий чёрный хлеб, так как актёры привыкли использовать его вместо конфет. Галина Волчек требовала от артистов полной отдачи, считая, что зритель должен быть «катапультирован» со своего места на сцену силой игры.
Принципиальная позиция и преемственность
Театр неоднократно демонстрировал свою гражданскую позицию. В марте 1999 года, когда начались бомбардировки Югославии, Галина Волчек вместе с труппой приняла решение отказаться от запланированных гастролей в Нью-Йорке, посчитав поездку в США в таких обстоятельствах невозможной. Даже в трудные времена театр старался сохранить свои постановки: когда спектакль «Небылицы. История необыкновенной любви» планировали передать Хабаровску, но принимающая сторона отказалась от декораций, сотрудники за свой счёт организовали их возвращение в Москву.
Последним значимым событием эпохи Волчек стал её день рождения 19 декабря 2019 года. Несмотря на тяжёлое состояние, во время театрального капустника она нашла в себе силы встать с кресла, чтобы обратиться к труппе. Через неделю художественного руководителя не стало. По словам одной из актрис, этот жест «встать вопреки» стал воплощением духа самого «Современника».
